Священный долг выполняя…

Как ни прискорбно, но до сих пор рядом с именем человека, не вернувшегося с войны, немым укором нам, живущим, присутствуют слова: «Без вести пропал…». Увы, многие сотни и тысячи людей канули в небытие в великой битве, и до сих пор о них нет никаких сведений: ни точной даты и места гибели, ни места захоронения. И среди этих людей наш земляк, ставший главным героем моей исследовательской работы – Кощеев Михаил Максимович. Его судьба одновременно уникальна и вместе с этим так схожа со многими другими.

…Семья Кощеевых была большой, Михаил рос третьим ребенком в семье, мужские заботы по хозяйству рано легли на его плечи. Старшие сестры Анастасия и Клавдия помогали матери по дому, нянчили младших сестер Марию и Раису, брата Николая. Окончил Михаил четырехклассную школу в Безменшуре. Продолжить учебу решил в Вятских Полянах, родственники предполагают, что, возможно, поступил на какие-то краткосрочные курсы. Грамотного, обладающего организаторскими способностями парня быстро заметили, взяли на работу в Вятско-Полянский комитет комсомола инструктором.
Племянница Михаила, Таисия, рассказывает: «Дядя Миша был очень весёлым человеком, небольшого роста, крепкого телосложения. Нас у мамы было двое маленьких девчонок, так он нас по очереди поднимал и подкидывал до потолка, играя. Мы ждали его возвращения с нетерпением, он привозил из Вятских Полян сладости: конфеты и печенье».
Война нарушила спокойную жизнь семьи. Главу семейства Кощеевых, Максима Ивановича, отправили на военный завод в Ижевск. Вернулся он оттуда еле живой, но жена выходила, поставила на ноги. Анастасия и Клавдия работали на лесозаготовках и строительстве железной дороги Ижевск – Балезино.
Михаил еще в 1935 году был призван на действительную службу, которую проходил на Дальнем Востоке. По документам, найденным на сайте «Мемориал», узнали, что в 1938 году Кизнерским РВК его снова призвали для переподготовки командирских кадров. И снова приведем воспоминания Таисии: «Хорошо помню проводы дяди. Он подарил нам с сестренкой букет полевых цветов, мы плакали. Держась за штанину старшего брата, плакал и Николай. И тут дядя запел протяжную песню под гармонь. На ней аккомпанировал двоюродный брат – Кощеев Дмитрий, которому тоже не суждено было вернуться с фронта. Мы тогда не знали, что песню сочинил сам дядя про наши родные места». Знают эту песню новые поколения Кощеевых, изредка собираясь вместе, поют, вспоминая свои тяжелые военные и послевоенные годы.
Родственники хорошо помнят, что Михаил написал родным телеграмму с датой и временем проезда через станцию Кизнер перед отправкой на фронт. Три дня родители дежурили на станции, встречали каждый поезд, прибывающий с востока на станцию, рассматривали каждого пассажира, выходящего из поезда, но так и не увидели сына. Возможно, отправку ускорили, ведь на фронте каждый день ждали пополнения.
В семье Кощеевых сохранилась еще одна реликвия, фотомонтаж, где Михаил Максимович сидит верхом на коне. Хорошо сохранилась надпись на обратной стороне «На память брату Коле от Мишки от 19-4-41, с. Запалово». Выяснили, что село Запалово находилось во Львовской области Украинской ССР на границе с Польшей. В годы войны здесь находился пограничный отряд, которым, возможно, и командовал лейтенант Михаил Максимович Кощеев.
Через месяц семья получила «похоронку». Никто не хотел верить в такую страшную новость, особенно – невеста Лена. Михаил дружил с ней со школьной скамьи. Лена провожала его в армию и загадала, что если погибнет на фронте любимый, то ей на этой земле не жить. Как не жаль, но судьба так и распорядилась, вскоре после «похоронки» Лена тяжело заболела и умерла. Баба Таисия помнит, как Лена последние свои дни со слезами на глазах, лежа в постели, переживала смерть любимого. Не суждено было вернуться Михаилу с фронта, создать крепкую семью, косить родные луга и жать хлеба на родных ямайкинских полях…
Но память о нем живет в сердцах родных людей, а воспоминания будоражат снова и снова. Вот одно подтверждение: в год 40-летия Победы в газете «Удмуртская правда» появилась маленькая заметка с просьбой откликнуться тех, кто знал Кощеева Михаила Максимовича, уроженца д.Ямайкино, погибшего летом 1941 года на Украине. Племянница Михаила Людмила про эту заметку сообщила матери. Мария Максимовна ответила автору заметки и вскоре получила из далёкой Киевской области письмо, которое стало ещё одной семейной реликвией. Вот это письмо.
«Уважаемая Мария Максимовна! Здравствуйте. Получил Ваше письмо и сразу даю ответ. В 1941 году в боях за наше село погиб Михаил Максимович Кощеев. В том, что это был именно он, нет никакого сомнения, я сам его хоронил. Из кармашка гимнастёрки я достал солдатский медальон, в котором была бумажка с адресом.
Попытаюсь рассказать вам всё подробнее. На наше село немцы начали наступление 4 августа 1941 года. Наши войска сдерживали натиск фашистов в поле в трёх километрах от села. Окопы были вырыты прямо на пшеничном поле. Утром 5 августа наши войска отступили по направлению к городу Канев, что на Днепре, а немцы заняли село. Дня через три мы, мальчишки (мне тогда было 17 лет), пасли коров недалеко от поля, где шли бои, и почувствовали трупный запах. Убитые бойцы уже начали разлагаться, так как стояла сильная жара, больше 30 градусов. Мы нашли тела трех убитых солдат. На следующий день мы с двумя женщинами пошли их хоронить. Один из солдат остался неизвестным, у него не было никаких документов. У двоих других я вынул из карманов медальоны.
Первый погибший оказался украинцем из соседнего села. У второго бойца на бумаге было написано: Кощеев Михаил Максимович, Удмуртская АССР. Лежал он лицом вниз, рядом находились пулемет Дегтярева и ящик с пустыми дисками, а вокруг много гильз от патронов. На губах солдата запеклась кровь. Пуля прошла через гортань и вышла через затылок. Из вещей у него были портсигар и фотография, которая, к сожалению, не сохранилась.
Название деревни и района я забыл, так как оставил медальон в доме своей матери–старушки. Меня же в 1942 году немцы угнали в Германию, и возвратился я домой лишь в 1946 году. А мама медальон где-то потеряла. В моей памяти остались только фамилия и название республики.
В 1952 году я написал письмо по такому адресу: Удмуртская АССР, Уд. Ямайский район, дер. Уд. Ямайкино. Но письмо мне вернулось с припиской, что такой деревни в Удмуртии нет. А когда начал работать в музее, то решил отправить письмо в газету в надежде, что кто-нибудь отзовется. И вот получил от вас письмо.
Похоронен М.М. Кощеев был прямо в поле у дороги. А в 1954 году перезахоронен в братскую могилу в центре села, но как неизвестный солдат. О Михаиле Максимовиче знаю я и та женщина, с которой мы его хоронили. Сейчас я ходатайствую перед военкоматом о внесении его имени в «Книгу памяти». Вот и всё, что я могу вам рассказать. Если вас еще что-то интересует, пишите. Передаю привет всему вашему семейству, желаю всего наилучшего».
Так украинский парень Михаил Коробейко с Полтавщины, рискуя своей собственной жизнью, достойно предал земле тело погибшего солдата Михаила Кощеева из далекой Удмуртии и сделал всё возможное для сохранения памяти о нём. Настоящий пример взаимоуважения людей разной национальности, живущий в сердцах простых людей. Поступки двух Михаилов достойны глубокого уважения.

А.Александрова,
ученица 8 класса
Безменшурской школы.